for
Exemples
We sat around the table and talked for hours.
Мы сидели за столом и часами разговаривали.
And yet, being a problem is a strange experience,—peculiar even for one who has never been anything else, save perhaps in babyhood and in Europe.
И всё же быть проблемой — странное чувство, необычное даже для того, кто никогда ничем иным не был, разве что в младенчестве и в Европе.
Making a new machine and sending out officials of duly ascertained fitness for a great work of social reform is no child’s task
Создать новый аппарат и направить на великое дело социальных реформ чиновников, чья пригодность тщательно проверена, — задача не для ребёнка
The present generation of Southerners are not responsible for the past, and they should not be blindly hated or blamed for it.
Нынешнее поколение южан не несет ответственности за прошлое, и их не следует слепо ненавидеть или винить за это.
There came a day when all the teachers left the Institute and began the hunt for schools.
Настал день, когда все преподаватели покинули институт и начали охоту за школами.
For it is a hard thing to make a farm out of nothing, even in fifteen years.
Ибо трудно построить ферму из ничего, даже за пятнадцать лет.
The road and the stream were battling for mastery, and the stream had the better of it.
Дорога и ручей боролись за господство, и ручей взял верх.
What if the Negro people be wooed from a strife for righteousness, from a love of knowing, to regard dollars as the be-all and end-all of life?
Что, если чернокожий народ отвлекут от борьбы за праведность, от любви к знанию и соблазнят считать доллары единственным смыслом и целью жизни?
The worker must work for the glory of his handiwork, not simply for pay; the thinker must think for truth, not for fame.
Рабочий должен работать во славу своего дела, а не просто ради оплаты; мыслитель должен думать ради истины, а не ради славы.
Training for life teaches living; but what training for the profitable living together of black men and white?
Обучение жизни учит жить; но какая подготовка для благотворной совместной жизни черных и белых?
Normal schools and colleges were founded for the freedmen, and teachers trained there to man the public schools.
Для вольноотпущенников были основаны педагогические училища и колледжи, и там готовились учителя для укомплектования государственных школ.
How the Africans poured in!—fifty thousand between 1790 and 1810, and then, from Virginia and from smugglers, two thousand a year for many years more.
Как хлынули африканцы! — пятьдесят тысяч в период с 1790 по 1810 год, а затем, из Вирджинии и от контрабандистов, по две тысячи в год в течение многих лет.
Three black tenants live on his place, and in his little store he keeps a small stock of tobacco, snuff, soap, and soda, for the neighborhood.
На его земле живут трое чернокожих арендаторов, и в своем магазинчике он держит небольшой запас табака, нюхательного табака, мыла и соды для всей округи.
The Big House stands in half-ruin, its great front door staring blankly at the street, and the back part grotesquely restored for its black tenant.
Большой дом стоит полуразрушенным, его огромная парадная дверь тупо смотрит на улицу, а задняя часть гротескно отреставрирована для чернокожего жильца.
It is a keen, hard struggle for living here, and few have time to talk.
Здесь идет острая и тяжелая борьба за жизнь, и мало у кого есть время поговорить.
America is not another word for Opportunity to all her sons.
Не для всех своих сынов Америка — другое имя Возможности.
Here was a man paying five dollars for goods which he could have bought for three dollars cash, and raised for one dollar or one dollar and a half.
Вот человек, плативший пять долларов за товары, которые он мог бы купить за три доллара наличными и вырастить за один или полтора доллара.
For the laborers as such, there is in these new captains of industry neither love nor hate, neither sympathy nor romance; it is a cold question of dollars and dividends.
Для рабочих как таковых в этих новых капитанах промышленности нет ни любви, ни ненависти, ни сочувствия, ни романтики; это холодный вопрос о долларах и дивидендах.
I have not glossed over matters for policy’s sake, for I fear we have already gone too far in that sort of thing.
Я не замалчиваю вопросы ради политики, поскольку боюсь, что мы уже зашли слишком далеко в подобных вещах.
And the condition of the Negro is ever the excuse for further discrimination.
А положение негров всегда является оправданием для дальнейшей дискриминации.