splendor
Examples
Hence it is that the same men who live on a small scale in narrow dwellings, frequently aspire to gigantic splendor in the erection of their public monuments.
Отсюда и то, что те же люди, которые живут скромно в тесных жилищах, часто стремятся к исполинскому великолепию при возведении общественных памятников.
All other cathedrals of France form a chronicle of splendor.
Все прочие соборы Франции составляют летопись великолепия.
The church has no need of any visible splendors; her power is independent of them, her purity is in some degree opposed to them.
Церкви не нужно никакого зримого великолепия; её сила от него не зависит, а её чистота до некоторой степени ему противостоит.
Verona and Venice are now seen deprived of more than half their former splendor; it depended far more on their frescoes than their marbles.
Теперь Верона и Венеция лишены более чем половины былого великолепия; оно гораздо больше зависело от их фресок, чем от мрамора.
How impious is the title of sacred majesty applied to a worm, who in the midst of his splendor is crumbling into dust!
Как нечестив титул священного величества, данный червю, который посреди своего великолепия обращается в прах!
All my hair fell down like a shining cloud and veiled us, the great rolling folds in wave after wave of crisp splendor.
Все мои волосы рассыпались сияющим облаком и скрыли нас, спадая пышными извивами, волна за волной переливающегося великолепия.
A hundred ancestors look from my walls, and see in me the centre of their lives, of all their little splendor, of their sins and follies; what slept in them wakes in me.
Сто предков смотрят с моих стен и видят во мне средоточие своих жизней, всего своего малого блеска, своих грехов и безумств; то, что спало в них, просыпается во мне.
The most spectacular gardens even tried to compete with the shogun’s, whose splendor testified to his power.
Самые впечатляющие сады даже пытались соперничать с садами сёгуна, великолепие которых свидетельствовало о его могуществе.
Juxtaposing America’s fast life and hard work with Egypt’s luscious languor, Taylor indulged in this new-found splendor in the manner of a man coming to rest.
Противопоставляя быстрый темп жизни и тяжёлый труд Америки сладостной томности Египта, Тейлор предавался этому новообретённому великолепию подобно человеку, обретающему покой.