savage
Examples
The Europeans introduced amongst the savages of North America fire-arms, ardent spirits, and iron
Европейцы принесли дикарям Северной Америки огнестрельное оружие, крепкие спиртные напитки и железо.
In the last resort a savage can only assert his rights by brute force.
В крайнем случае, дикарь может отстоять свои права только грубой силой.
The naked savage, so long as he possessed plenty of weapons, and could get an abundance of fish or game, was, from the viewpoint of the society in which he lived, a wealthy man.
Голый дикарь, пока он обладал достаточным количеством оружия и мог добыть в изобилии рыбу или дичь, был, с точки зрения общества, в котором он жил, богатым человеком.
They had faced howling savages in the far West, painted monsters in human form, but never had they heard such yells leave the throats of men;
Они сталкивались с воющими дикарями на дальнем Западе, с раскрашенными чудовищами в человеческом обличье, но никогда не слышали, чтобы из человеческих глоток вырывались такие вопли;
On the floor of the Stock Exchange men yelled and shrieked like painted savages, and, in their mad struggles, tore and trampled each other.
В зале фондовой биржи люди орали и визжали, словно раскрашенные дикари, и в безумной борьбе рвали и топтали друг друга.
The well-born and well-bred Southerner is no more a savage than any other man of condition.
Южанин хорошего происхождения и воспитания не больший дикарь, чем любой другой человек положения.
If his landing is not threatened by savages in ambush, he has to run the gauntlet of exacting laws that serve not his immediate interests.
Если его высадке не угрожают дикари в засаде, ему приходится проходить сквозь строй строгих законов, не служащих его непосредственным интересам.
Even brutes do not devour their young, nor savages make war upon their families;
Даже звери не пожирают своих детёнышей, а дикари не воюют со своими семьями;
The savages of Caen are satisfied with simple, open destruction; what they cannot understand or appreciate they make away with.
Дикари из Кана довольствуются простым, откровенным разрушением: всё, чего они не понимают или не ценят, они уничтожают.